Совершенно верно в отношении исследования быстрых тестовых покупок на covid-19: получены письма с предложениями и призывают службы взглянуть на контекст исследования

 совершенно верно в отношении исследования быстрых тестовых покупок на covid-19: получены письма с предложениями и призывают службы взглянуть на контекст исследования

COVID-19 продолжает распространяться в Литве. Хотя раньше в тот же день было выявлено более 50 случаев болезни, во вторник было зарегистрировано только около 11 из них. Министр здравоохранения Аурелиюс Верега рассказывает о текущей эпидемиологической ситуации в государстве и о закупке Минздравом экспресс-тестов на коронавирус в «Теме дня»..
— За прошедшие 24 часа выявлено всего 11 новых случаев коронавируса, что и случилось.?
— Не нужно довольствоваться. Как не слезть, если еще 1 день. Не надо довольствоваться рано, если их мало. Чтобы прояснить: если нить повешена, на которую эта нить нарисована, намотана, к примеру, компанией или каким-либо учреждением, большинство людей проходят испытание в этом камине, по этой причине появляется больше случаев. Если камины заглушены, их становится меньше. Это может быть не так. В действительности нет необходимости переоценивать кол-во одного дня.

— Может, порадуемся? 11 — это мало.
— Ты можешь быть счастлив. Во всяком случае мы обязаны это приветствовать. Я все время пытаюсь назвать другое число, так как мы в большинстве случаев говорим о количестве выявленных случаев. При этом необходимо взять во внимание, что встречается другое — то, что происходит в медучреждениях: много ли там зараженных людей или им необходимо лечение в комплексе..
— Сегодня более 1200 пациентов. Сколько из них в больницах
— Если не ошибаюсь, около 40.
— Сколько из них сложно больны?
— В настоящий момент не вспомню, но утром в реанимации было четверо. Один как бы проветрился. Это мелкие числа.

— Эпидемиологи в прочих государствах поговаривают, что мы ждем чисел каждое утро, но мы принимаем их как голые цифры. И за ними прячут, сколько тяжёлых случаев, сколько легких, сколько бессимптомных. И большинство подобных, пожалуй, менее опасных за прошедшее время. Неужели эти сложные дела не должны публиковаться с повседневной статистикой
— Мы пытаемся их опубликовать. На пресс-конференциях специалисты Национального центра здоровья населения пытаются сказать, что мы не прячемся. Тоже может быть опубликована бессимптомная статистика. На данный момент проведено эпидемиологическое исследование, не так давно опубликованные данные..
Впрочем оказавшихся живым мало. И две трети повторений протекали без симптомов, люди не ощущали никаких симптомов. Это тоже не секрет. Исследования показали, что говоря иначе функциональный, или социальный, иммунитет как стратегия, как отдельная доктрина, не работает. Так как мало кто заболел. Даже в Швеции, где все свободно регулировали. Это маленькая цифра — менее нескольких десятков процентов. Информации много. Из того, что мы приобретаем, можно общаться. Вопрос лишь в том, насколько это принесёт пользу общественности в работе..
— Наверняка, обществу всегда лучше знать, чем не знать?
— И не будем прятать, мы действительно можем сказать больше о данных цифрах, только бы они были полезны.

— Согласны ли вы, что вирус не такой мощный и вредный, как казался весной и как сегодня
— Не мне решать, насколько это сильно или вредно. Число смертей, сначала оформленных в больницах, тем более в северной Италии и Соединенном Королевстве, было довольно тревожным для людей и государств. Существует два подобных числа, которые люди иногда путают: смертность и смертность. Смертность, если подсчитать для всего населения, сколько умерло. Это государство, где было мало инфицированных, так как там были самые взыскательные меры, и это будет довольно мало..
Но необходимо посмотреть на смертность от тех, кто заразился и заболел, сколько из них умерло. Это были цифры, которые действительно тревожили. Нет никаких доказательств того, что смертность аналогичная, как от гриппа. Этот вирус точно более опасен. Однако теперь инфицировано больше людей, и вирус безопасен для них, чем люди в возрасте или люди с хроническими заболеваниями. Как и сначала, вирус распространился на учреждения медицины, заведения для ухода или те же больницы..
— Ситуация сегодня менее опасна, чем весной..
— Помимо того, мы научились вести себя по-другому. Мы узнали определенные вещи, за которые вам, возможно, доводилось оплачивать раньше. И мы чаще моем руки, и носим маски, и, кажется, держимся на расстоянии. В особенности, люди в возрасте узнали некоторые вопросы безопасности, и у них есть потребность максимальной защите..

— Сегодня глава правительства разъяснил Сейму вопрос о закупке экспресс-тестов. Лидер «крестьян» Р. Карбаускис назвал исследование FNTT о закупке тестов политическим. Вы бы согласились с этой позицией?
— Ну, мы политики, даём политические оценки. Мы не можем оценить, как могут правоохранительные органы, и я не могу открыть какие-нибудь подробности, так как я подписал такое обязательство. Но, возможно, я буду прокомментировать в общем смысле, возможно, не заостряя внимание на этом определенном исследовании. Но мне бы очень хотелось, чтобы службы, которые проводят такие расследования, понимали контекст, в котором были совершены эти покупки. А теперь различные вопросы, стоит ли столько тестов, для чего подобное количество и так дальше. В то время была очень живая доктрина, что у большой части людей случится рецидив. Можно будет узнать, где они находятся, потом применить очень низкие ограничения. Знаний было меньше, и мы приобретали также, как и в остальных штатах, с миллионным населением, считающим эти тесты. Тогда логика была такая, в настоящий момент немного скорректирована. После мы решили на основе имеющейся у нас информации..

Также читайте

Объяснения Сквернелиса Сейму трансформировались в беспорядок: оппозиция атаковала, вопросы о закупке тестов на COVID-19 остались без ответа

— Что, министр, вы имеете в виду, когда правоохранительные службы обязаны понимать контекст? Что им нужно учитывать, чтобы начать расследование или не начинать расследование? Есть закон, которому необходимо следовать, и контекст тут мало что добавит?
— Я не сомневаюсь ни в работе служб, ни в самом расследовании. И я действительно не буду погружаться в детали, тем более что я не знаю, что случилось после того, как тесты были куплены, кто что сделал на эти средства, у нас нет данной информации, мы не управляем ею, это не наша компетенция. Но когда, тем более на политическом уровне, регулярно вызывает сомнение, что вы купили что-то, что, может быть, вам не надо, или что-нибудь похожее, вам, возможно, понадобилось сделать что-нибудь другое..
Это уже политические оценки. И его широко применяют, скажем, наши соперники в том же Сейме, стараясь извлечь из данного какую-то историю. Это бесконечно демотивирует людей, которые действительно довольно много работали, им доводилось принимать решения, они были действительно непростыми и рискованными, и теперь есть опасности, решения по вакцинам нужно будет принимать. И я уже вижу, как люди больше не хотят их принимать.
— Ну да, заместитель министра был уволен с работы..
— Что ж, сама она приняла такое решение. У меня лично нет ни малейших обвинений и сомнений в отношении заместитель министра, сама она приняла такое решение для того, чтобы иметь шанс защищаться как непубличное лицо..

— Но вам сошло с рук вопрос про то, что господин Карбаускис назвал исследование FNTT о закупке тестов политическим..
— Жизнь покажет, было ли это политическим либо нет.
— Как обязано выглядеть «политическое»? Вы понимаете, Что такое расследование заказал политик? Под влиянием политиков начать расследование, предъявил определенные материалы?
— Может быть, я просто напомню логику и скажу то, что глава правительства сказал сейчас в Сейме, давая ответ на вопрос, затронул, что существует определенная тенденция, что подобные расследования проводятся перед выборами. Был затронут пример «золотых ложек», который ни к чему не привел, но никто не говорил и не рассказывал про это очень много..
Ясно, что это было слишком дорого для тогдашнего руководящего большинства, тогдашней партии, которая была во множестве. И в настоящий момент есть очень похожие вещи, это начинается накануне до выборов, это достаточно сильно колеблется, это наиболее часто применяется, а потом кончается ничем. Я, БОГ БОГ, не хочу сказать, что службы не должны расследовать, не должны выполнять собственную работу, все в хорошо.

— Зато вы говорите, что они обязаны понимать контекст?
— Им важно понимать контекст, в котором и в каком контексте были совершены эти покупки. Некоторые вопросы, которые не связаны, скажем, с тем, что случилось после приобретения, с финансами, что я сказал, у нас нет ни данных, ни опыта. Однако если вы спросите, были ли какие-нибудь, скажем, злоупотребления во время принятия решения о количестве или что-нибудь похожее, я отвечу, что вам необходимо понимать контекст..
Тогда иные процедуры действительны. Простых процедур закупок не было. Это позволяло закону делать то, что выполнялось В то время. И было бы, разумеется, хорошо, если бы про это не было никаких предположений. Более того, было бы прекрасно, если бы службы, видя опасности, предупреждали тех, кто в это время приобретал и работал. Так как не сомневаюсь, что ни один госслужащий не захочет находиться у всех на виду этой службы..
— Вернемся к быстрым тестам. Сколько писем вы получили всего, предложения по приобретению быстрых тестов?
— Не могу сказать, так как не читал эти письма. Есть определенная хронология, когда они путешествовали.
— Однако, разумеется, не один.
— Я уж точно не вспомню в настоящий момент.

— Ну, знаете, раз, два, три. еще такое письмо.
— Нужно понять, что собирать и оценивать эти письма — не моя работа. У нас были люди, которые их собирали, анализировали. О тестах не только писали много писем, но знаете, что вышло? Что предложение есть, и когда вы спрашиваете, когда доставите, ответ был спустя пару месяцев..
— Это подборка, чтобы сказать, что были, были предложения. Не было ни одного. Вы не знаете, сколько из них было определенным. Вы могли узнать, сколько именно предложений приобрести быстрые тесты?
— Можно было бы попытаться объяснить, но я не знаю, что бы сильно поменялось.

Также читайте

LRT исследования. Быстрые тесты на 6 миллионов: за скандальной приобретением стоит команда Skvernell

— Но мы еще знаем, сколько вы подбираете. От одного, 2-ух, трех до четырех? Была одна Профарма?
— Не знаю, не могу сказать. Большой спектр предложений был не только для тестов. И для гарантий. Но я говорю, люди, которые оценили ситуацию, когда они начали общаться с участниками торгов, оказалось, что нередко они не могут просто их доставить, предлагая цену только спустя пару месяцев. В то время было неудобно.
— Еще скоро, министр, полмиллиона экспресс-тестов. Так много, что у нас есть уже, куда мы их поместим2

— Сколько мы применяли?
— Я не имел возможности однозначно сказать, сколько уже использовано. Десятки тысяч.
— Десятки тысяч из полумиллиона?
— В настоящий момент он только активизируется. Но давайте опять поймем, как некоторые жалуются, что их замариновали. Есть смысл применить их, когда улеглась первая волна и что там искать. В настоящий момент есть подъем, на сегодня это опять стало актуальным, теперь люди из группы риска вернулись на работу, так как В то время учителя не работали, работали удаленно, логика проявляется, объект всплывает, их применяют.
Источник: www.lrt.lt

Рекомендованные статьи

Добавить комментарий