Гражина свидерските, которая переживает больше приключений, чем мне хотелось бы, я не боюсь страха

Гражина Свидерските, которая переживает больше приключений, чем ей бы хотелось: я не боюсь страха

Гражина свидерските, которая переживает больше приключений, чем мне хотелось бы, я не боюсь страха

Корреспондент Гражина Свидерските говорит, что она переживает в жизни больше приключений, чем ей хочется. Если судить по всему, ей предназначено сделать это в шоуRADIO "Laimes dieta". Врачу истории трудно освободится от мыслей друг друга: «Приятно погрузится в океан, однако в очередную минуту, когда ты поднимаешься по лестнице от пляжа, мысли выбегают из головы: что еще тут делать?»
Корреспондент, историк, автор исторических книг и фильмов, профессор истории Г. Свидерските даёт интервью ведущей передачиRADIO "Диета счастья" Риманте Кульвинските..
— Как вы собой представляет людям, которых встречаете первый раз, которые полностью ничего о вас не знают
— В большинстве случаев люди все еще спрашивают, кто вы в официальном смысле, чем вы занимаетесь. В данном случае все довольно просто: я корреспондент, историк или, не пугая людей названиями профессий — коммуникатор и экспериментатор..
— Слово «экспериментатор» сразу звучит как «приключение». Сколько приключений в твоей работе и жизни?
— Я не желал бы выпрыгивать, но должен сказать, что больше, чем я бы правильно себя хотел. Иногда появляется ощущение спокойствия, но быстро пропадает, возвращаясь в реальную борозду. Видно так предназначено — так живу.

— Что ты делаешь, когда ничего не делаешь? Как ты находишь мир с собой?
— Моя голова регулярно чем-то занята. Мне радостно взять ее куда-нибудь к океану, помочь на несколько часов: теперь обрати внимание на волны, вперед. Она смотрит, очень этому рада, однако в очередную минуту, когда я поднимаюсь по лестнице с пляжа, мысли просто исчезают из поля зрения: что еще тут делать? Это никогда не окончится. Это, возможно, следует назвать тревогой, однако это не ужасно экзистенциально..
Я не боюсь страха, и то, что я не боялся с молодого возраста, подтверждают мои родители. По всей видимости, так уже дано. В то же время с подобной сдержанностью и любопытством. Я думаю, они не могут обитать один без одного.
— В определенных интервью вы утверждали, что время и свобода — единственные настоящие активы. Как жить им2
— Это настоящая правда в моем созданье, поскольку я до этого времени ее испытал и понял. Нет более высоких ценностей, которые необходимо развивать. Я не понимаю, как могу жить без того и прочего, имея в виду, что если вы идете на нелюбимую работу, будьте с людьми, которые вас угнетают, не учат вас, не вдохновляют, вы находитесь в обстановке, где вы ощущаете себя скованным, что ваше время похищено. Если вы продадите его тому, кто платит вам за то, что вам не понравится, вы то, чем вы не являетесь, время пропадает. Не успев в этом смысле и, не дай Бог, потерять свободу в любом смысле — не могу представить себе такую жизнь.

— Что было первым ощущением безусловной свободы?
— Пожалуй, первое было в подростковом периоде. У меня не было классических усадеб за чертой города бабушек и дедушек, так как уже бывало, что во времена СССР оба односемейных дома, огромные красивые усадьбы были сметены, оставив только красивые истории. Однако у меня была тетя, которая ехала на огромную ферму, которая была рядом с большим лесом, очень большим лугом. Я не помню, чтобы раньше было такое безумное ощущение: я был собой, у меня была собака, пространства были бездонными. Я мог гулять с собакой на протяжении всего дня и открывать для себя собственный мир.
Другой — во время Саюди, когда случилось восстановление независимости. В глазах такое чувство, когда все вдруг поменялось в том же доме в Вильнюсе, через окна, на улице, в городе. Внутренние глаза по-другому видели внешнюю среду — это был великолепный опыт. С той поры я стал иначе смотреть на вещи.
— Что вы узнали о себе, когда переехали в Канаду
— В Вильнюсе мы привыкли к новому строительству [домов], все новое. Мне понадобилось тут переехать в новый дом, и во мне не хватало чего-то обычного для жителей Литвы. Мне бесконечно хотелось создавать и украшать внешнюю среду, а не только заниматься дизайном ландшафта, озеленением. Мы привыкли создавать красоту вокруг наших печей, кроватей в спальных комнатах. Я был поражен, насколько мне это было необходимо — я ни с чем не имел возможности согласиться, что все нормально. Понадобилось постичь все ремесла, пока не знаю, как по-литовски называются некоторые орудия, материалы, так как у меня их не было..

И все делал сам: мастерил, красил, ковал, сверлил. Эта сторона была полным открытием, которое я, возможно, не имел бы возможности открыть в Вильнюсе, если бы не приобрел старую усадьбу..
— Вы чего-либо боитесь в жизни? У меня такое впечатление, что в жизни вы ничего не боитесь, что доблесть — ваш важный турист. Вы уплатили за это, или вы уплатили, или вы перестали бояться страха?
— В том-то и дело — обучиться не бояться страха, понимать его, жить с ним. Я не боюсь страха, и то, что я не боялся с молодого возраста, подтверждают мои родители. По всей видимости, так уже дано. В то же время с подобной сдержанностью и любопытством. Я думаю, они не могут обитать один без одного. Если вы напуганы, не решаетесь задавать вопросы, сделайте шаг, взгляните, что там. И наоборот — если о тебе никто не заботится, кому необходима эта храбрость..
Все интервью 30 июля. в записи шоу "Диета счастья".
Источник: www.lrt.lt

Рекомендованные статьи

Добавить комментарий